Комментируя этот стих, Кеннет Хейгин пишет
Где мы будем царствовать как повелители? В жизни. В этой жизни. Как? Через Иисуса Христа. Павел использовал этот пример, потому что в те дни, когда он жил, у них были цари. В те дни царь имел верховную власть над определенной областью. Его слово было окончательным. Что бы он ни сказал, это происходило. Он царствовал. И Слово говорит, что мы будем царствовать в жизни через Иисуса Христа (Кеннет Хейгин. Добро пожаловать в Божью семью, с. 190).
Божий план для нас, чтобы мы правили и царствовали в жизни как цари: правили и царствовали над обстоятельствами, бедностью, болезнями и всем остальным, что мешает нам. Мы царствуем, потому что у нас есть власть. Мы царствуем посредством Иисуса Христа. В потусторонней жизни? Нет, в этой жизни (Кеннет Хейгин. Власть верующего, с. 39).
Нам нужно царствовать в жизни как царям. Это значит, что мы господствуем над своей жизнью. Нам нужно господствовать, а не быть под господством. Обстоятельства не должны управлять нами. Мы должны управлять обстоятельствами (Кеннет Хейгин. Новые пороги веры, с. 55).
Праведники, как пишет Павел в Рим. 5:17, будут царствовать не над жизнью, как следует из толкования Хейгина, а в жизни».
Проповедники Веры исходят из предположения, что под «жизнью» в Рим. 5:17 имеется в виду земная жизнь. Однако использованный здесь глагол βασιλεύσουσιν стоит в будущем времени («будут царствовать» — см. также 2 Тим. 2:12), и речь, скорее всего, идет не о земной, а о вечной жизни. Тем же, кто претендует на царские почести и привилегии в земной жизни, апостол Павел с сарказмом отвечает:
Вы уже пресытились, вы уже обогатились, вы стали царствовать без нас. О, если бы вы и в самом деле царствовали, чтобы и нам с вами царствовать! (1 Кор. 4:8).
Вопреки утверждениям Хейгина, в греховном мире христиане не цари, а «странники» и «пришельцы» (1 Пет. 1:1; 2:11; Евр. 11:13) — это неизбежное следствие того, что мы перестали быть «чужими» и «пришельцами» для небесного царства и сделались «согражданами святым» и «своими Богу» (Еф. 2:19). Наше «жительство» — на небесах (Фил. 3:20). Именно поэтому нам не следует любить ни мира, ни того, что в мире (1 Ин. 2:15), а поскольку время, отпущенное этому греховному миру, уже подходит к концу, апостол Павел пишет:
…время уже коротко, так что имеющие жен должны быть, как не имеющие; и плачущие, как не плачущие; и радующиеся, как не радующиеся; и покупающие, как не приобретающие; и пользующиеся миром сим, как не пользующиеся; ибо проходит образ мира сего (1 Кор. 7:29-31).
Даже поверхностное знакомство с жизнью новозаветных святых (того же апостола Павла) показывает, что они вовсе не «господствовали» над своими жизненными обстоятельствами. Их жизнь была полна лишений и опасностей (2 Кор. 11:24-27) — настолько, что время от времени они были «в немощи, и трепете, и великом страхе» (1 Кор. 2:3).
Живя в этом мире, мы находимся во враждебной среде — мир ненавидит нас по определению, просто потому, что Господь избрал нас от мира (Ин. 15:19). И Господь обещал, что в этом мире христиане будут иметь скорбь (Ин. 16:33). Именно поэтому мы не пытаемся устроиться здесь поуютнее, а «воздыхаем, желая облечься в небесное наше жилище» (2 Кор. 5:2).
Благая весть заключается вовсе не в том, что мы «господствуем над обстоятельствами», а в том, что у нас есть Господь, Который силен обеспечить нас насущным хлебом и сохранить для небесного царства.
Оригинальный текст этого стиха прост и понятен и в точности соответствует Синодальному переводу:
ψυχικοί | πνεῦμα | μὴ | ἔχοντες душевные | духа | не | имеющие
Однако создатели Перевода нового мира перевели совершенно однозначную фразу πνεῦμα μὴ ἔχοντες («духа не имеющие») расплывчатым и непонятным словом «бездуховные»:
Это те, кто вызывают разделения, люди плотские, бездуховные.
Греческий оригинал этого стиха довольно сложен и допускает некоторую неоднозначность толкования:
καὶ | ἐσμὲν | ἐν | τῷ | ἀληθινῷ и | мы есть | в | (артикль) | истинном
ἐν | τῷ | υἱῷ | αὐτοῦ | Ἰησοῦ | Χριστῷ в | (артикль) | сыне | его | Иисусе | Христе
οὗτός | ἐστιν | ὁ | ἀληθινὸς | θεὸς сей | есть | (артикль) | истинный | Бог
С точки зрения грамматики, слово οὗτός («сей») можно понимать как относящееся к τῷ ἀληθινῷ (в таком случае Иоанн называет истинным Богом ранее упомянутого «Истинного», т. е. Бога Отца), или как относящееся к τῷ υἱῷ (в таком случае Иоанн называет истинным Богом «Сына Истинного», т. е. Иисуса Христа). Вместо того, чтобы бережно сохранить эту неоднозначность текста и предоставить читателю возможность самому разобраться в смысле слов апостола, создатели Перевода нового мира придали данному тексту определенность в более соответствующем их богословским взглядам ключе путем манипуляции предлогом ἐν. В двух совершенно одинаковых и рядом стоящих конструкциях, находящихся в одном и том же предложении, они перевели этот предлог по-разному («в единстве с» в одном случае и «через» в другом). Между тем, никаких объективных оснований для того, чтобы понимать второй предлог именно в инструментальном смысле («через») нет — тем более, что в Новом Завете конструкция «ἐν + существительное в дательном падеже» в таком смысле употребляется крайне редко, если употребляется вообще (Уоллас Д. Углубленный курс грамматики греческого языка: Экзегетический синтаксис Нового Завета [Новосибирск: Новосибирская библейская богословская семинария, 2010], с. 397).
Создатели русскоязычного варианта Перевода нового мира пошли еще дальше: в издании 2007 года они дважды («чтобы мы познали истинного Бога» и «в единстве с истинным Богом») вставили в текст стиха 1 Иоанна 5:20 слово «Бог», которого нет ни в англоязычном Переводе нового мира, ни в первом русскоязычном издании 2001 года. При этом, если первую вставку еще можно оправдать ссылкой на ряд древних рукописей, то вторая вставка не оправдана ничем.
В четырех библейских текстах (1 Иоанна 4:1-3; 1 Тимофею 4:1; 2 Фессалоникийцам 2:2; Откровение 16:13) создатели Перевода нового мира без всяких видимых причин заменили вполне однозначное греческое существительное πνεῦμα/πνεύματα («дух/духи») словосочетанием «вдохновлённые высказывания». А в стихе Откровение 16:14 они зачем-то заменили вполне понятное выражение πνεύματα δαιμονίων (букв. «духи бесовские») конструкцией «эти высказывания вдохновлены демонами».
Помимо того, что предложенный создателями Перевода нового мира вариант искажает смысл греческого оригинала, он также придает тексту Откровение 16:13-14 комичное звучание. Действия, вполне естественные со стороны нечистых духов как личностных существ, выглядят по меньшей мере нелепо, когда их приписывают «высказываниям». Получается, что высказывания (т. е., по существу, колебания воздуха) «подобны лягушкам» и «совершают знамения».
В подстрочной сноске к 1 Иоанна 4:1 создатели Перевода нового мира признают, что буквально фраза μὴ παντὶ πνεύματι переводится как «не всякому духу», а в сноске к Откровению 16:13 указывают, что фразу πνεύματα ἀκάθαρτα можно перевести как «нечистые духи». Это не только не решает, но и усугубляет проблему — получается, что переводчики сознательно предпочли буквальному и правильному прочтению текста искажающее его смысл иносказание. Однако к оставшимся двум стихам в тексте Перевода нового мира нет даже таких пояснений.
Кроме перечисленного во 2 Фессалоникийцам 2:2 переводчики заменили существительное единственного числа νοῦς (букв. «ум») словом «рассуждения», а λόγος (букв. «слово») — словосочетанием «переданное на словах». В обоих случаях отступление от простого и вполне уместного значения слов осталось без пояснений.
ἐδήλου | τὸ | ἐν | αὐτοῖς | πνεῦμα | Χριστοῦ указывал | (артикль) | в | них | дух | Христа
Создатели Перевода нового мира никак не поясняют, почему они предпочли отступить от текста греческого оригинала и перевести текст следующим образом:
Они непрестанно исследовали, на какое именно или на какого рода время указывал в связи с Христом бывший в них дух, который свидетельствовал наперёд о страданиях, ожидавших Христа, и последующей за ними славе.
Единственным разумным представляется объяснение, что они хотели избавиться от неудобной фразы «Дух Христов». Однако они перевели правильно («Но если кто не имеет духа Христа, то он и не принадлежит ему») совершенно аналогичную конструкцию в Римлянам 8:9:
εἰ | δέ | τις | πνεῦμα | Χριστοῦ | οὐκ | ἔχει если | же | кто | Духа | Христа | не | имеет
οὗτος | οὐκ | ἔστιν | αὐτοῦ этот | не | есть | Его
Греческое словосочетание ἡ κλάσις τοῦ ἄρτου буквально переводится на русский язык как «ломание [κλάσις, от глагола κλάω, означающего „ломать, отламывать, переламывать, преломлять, разламывать“] хлеба [ἄρτος, т. е. хлеб, причем по преимуществу пшеничный]». А стоящий перед существительным κλάσις определенный артикль ἡ (особенно в контексте Дений 2:42) указывает на то, что речь идет не о ломании хлеба в принципе, как о распространенном способе употребления этого продукта в пищу, а о совершенно конкретном случае ломания хлеба, т. е. Вечере Господней.
Надо заметить, что создатели Перевода нового мира сознают, что под «ломанием хлеба» в определенном контексте имеется в виду Вечеря Господня, и переводят эту конструкцию буквально:
И во всех без исключения случаях, когда контекст не имеет никакого отношения к Вечере Господней, создатели Перевода нового мира тоже ни разу не сочли нужным переводить это словосочетание иносказательно:
В целом так же создатели Перевода нового мира передают и единственный ветхозаветный текст, где в Септуагинте встречается то же словосочетание:
Таким образом, во всех библейских текстах создатели Перевода нового мира понимают данное сочетание слов буквально, как физическое ломание хлеба. Единственным исключением являются отрывки Дения 2:24-26 и 20:7-11. Поскольку официальных объяснений этого отступления от буквального толкования Общество Сторожевой Башни не дает, остается предположить, что причина кроется в неких уникальных особенностях этих двух отрывков. Наиболее очевидной такой особенностью является то, что, как следует именно из этих двух текстов, с самых первых дней христианской Церкви верующие повсеместно совершали Вечерю Господню не раз в году — вопреки утверждениям Сторожевой Башни, — а гораздо чаще. Уходя от буквального перевода словосочетания ἡ κλάσις τοῦ ἄρτου, Общество Сторожевой Башни создает впечатление, что речь в этих отрывках идет не о Вечере Господней, а всего лишь о совместном принятии пищи.
Однако попытка разрешить противоречие с помощью иносказания тут же наталкивается на препятствие: в греческом Новом Завете существует словосочетание μεταλαμβάνω τροφῆς (букв. «принимать пищу»), которое употребляется в стихе Деяния 2:46 наряду с фразой κλάω τοῦ ἄρτου (букв. «ломать хлеб»).
κλῶντές | τε | κατ’ | οἶκον | ἄρτον | μετελάμβανον | τροφῆς ломая | же | по | дому | хлеб | принимали | пищу
Чтобы избежать тавтологии, создателям русскоязычного Перевода нового мира пришлось заменить последнюю фразу не словосочетанием «принимать пищу» (как в стихе 2:42), а глаголом «есть».
В довершение ко всему в русскоязычном издании 2007 года в текст стихов 2:42 и 2:46 было вставлено слово «вместе» («вместе принимать пищу» и «ели вместе в своих домах»), которое отсутствует не только в греческом оригинале, но и в англоязычном Переводе нового мира.
В 7-м разделе книги Учения и Заветы, одного из «образцовых трудов» мормонской церкви, приведен текст откровения, якобы данного Джозефу Смиту и Оливеру Каудери в ответ на вопрос о том, умер ли апостол Иоанн, или же ему было даровано бессмертие. В предислови к разделу говорится, что это откровение «представляет собой перевод рукописи, сделанной Иоанном на пергаменте и сокрытой им». Вот, как звучат первые четыре стиха пресловутого перевода:
И сказал Господь мне: Иоанн, возлюбленный Мой, что ты желаешь? Ибо, если попросишь, чего пожелаешь, будет дано тебе. И сказал я Ему: Господи, дай мне власть над смертью, чтобы я мог жить и приводить души к Тебе. И сказал Господь мне: Истинно, истинно говорю Я тебе, так как ты пожелал это, то будешь пребывать, пока не приду Я во славе Моей, и будешь пророчествовать перед племенами, коленами, языками и народами. И по этому вопросу сказал Господь Петру: Если Мне угодно, чтобы он пребывал, пока Я не приду, что тебе до того? Ибо он пожелал от Меня, чтобы можно было ему приводить души ко Мне, а ты хотел поскорее прийти ко Мне в Царство Моё.
Этот текст недвусмысленным образом отсылает читателя к диалогу, состоявшемуся между воскресшим Христом и апостолом Петром в Иоанна 21:20-23. Одно предложение («Если Мне угодно, чтобы он пребывал, пока Я не приду, что тебе до того?») звучит совершенно одинаково в английском тексте Учения и Заветов и в Евангелии от Иоанна в англоязычном Переводе Короля Якова.
Однако даже поверхностное сравнение библейского текста с текстом из Учения и Заветов показывает, что Джозеф Смит невнимательно читал четвертое Евангелие или сознательно его исказил. В Библии говорится, что слух о бессмертии, якобы дарованном Иоанну, был всего лишь плодом фантазии апостолов, и чтобы никто из читателей не принял этот вымысел за реальность, евангелист подчеркивает:<>/p
Но Иисус не сказал ему, что не умрет, но: если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того?
Более того, учение о бессмертии Иоанна (а равно и еще троих учеников с американского континента), которое мормоны выводят из 7-го раздела Учения и Заветов, противоречит их же учению о всеобщем отступничестве христианской Церкви. Как отступничество могло произойти, если на земле якобы до сих пор где-то живут апостол Иоанн и трое учеников-нефийцев? И это создает для мормонов серьезнейшую проблему, потому что без всеобщего отступничества не могло быть восстановления Церкви, а без восстановления Церкви мормонизм является не более чем самозваной сектой. Об этом ясно говорил мормонский апостол Джеймс Тэлмедж:
Значение и важность великого отступничества как условия, предшествующего воссозданию Церкви в нынешнее время, очевидны. Если пресловутое отступничество первой Церкви не было реальностью, Церковь Иисуса Христа Святых последних дней не является божественным установлением, как о том говорит ее название (James Talmage. The Great Apostasy [Deseret Books, 1909], p. iii).
Этот текст особенно важен тем, что здесь апостол Фома исповедует Иисуса Христа своим Богом и Господом, употребляя при этом определенные артикли (Ὁ κύριός μου καὶ ὁ θεός μου). Это означает, что, если Фома не называл Иисуса Христа Богом Авраама, Исаака и Иакова, то его слова представляли собой безусловное и откровенное нарушение Первой Заповеди (Исход 20:3). Между тем, Господь Иисус Христос в ответ упрекнул Фому лишь в том, что тот не уверовал в это и не исповедал это раньше, но хотел осязаемых подтверждений, прежде чем уверовать.
Свидетели Иеговы пытались решить эту проблему несколькими способами. Два объяснения были опубликованы в «Сторожевой башне» за 1992 год:
Обращаясь к воскрешенному Иисусу, апостол Фома воскликнул: «Господь мой и Бог мой!» (Иоанна 20:28). Это сообщение и другие были написаны, «дабы [мы] уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий». И Фома не противоречил Иисусу, Который послал Своим ученикам весть: «Восхожу к… Богу Моему и Богу вашему» (Иоанна 20:17, 30, 31). Следовательно, Фома не думал, что Иисус был Богом Всемогущим. Может быть, Фома обратился к Иисусу как к «Богу своему» в том смысле, что Христос был «богом», но не «единственным истинным Богом» (Иоанна 1:1, НМ; 17:1-3). Или, сказав «Бог мой», Фома, может быть, признавал Иисуса как представителя Бога так же, как другие обращались к ангелу-посыльному, как будто он Иегова. (Сравни Бытие 18:1-5, 22-23; 31:11-13; 32:24-30; Судей 2:1-5; 6:11-15; 13:20-22)(Сторожевая башня, 15 января 1992 года, с. 23)
Таким образом, первая версия заключается в том, что Христос был «богом», но не «единственным истинным Богом». Это самое беспомощное из возможных объяснений, поскольку в тексте Фома называет Христа ὁ θεός μου, т. е. «тот самый (единственный) Бог мой». Кроме того, если Христос не был «истинным» Богом, значит, Он мог быть только ложным богом, идолом, поскольку есть только один истинный Бог, и подобных Ему нет (Ис. 44:8; 45:5; 46:9).
Вторая версия заключается в том, что к Христу можно было обращаться как к Богу, поскольку Он был «представителем» Бога. Однако само это объяснение, в свою очередь, основано на недоказанной (и неочевидной) гипотезе, что в перечисленных местах Ветхого Завета люди называли «Богом» и «Иеговой» ангелов, а не Христа, являвшегося в виде Ангела Господня.
В некоторых публикациях Общества Сторожевой Башни упоминается — правда, с еще большими оговорками — и третья версия, суть которой заключается в том, что слова Фомы были обращены не к Иисусу, а представляли собой изумленное восклицание, адресованное Богу. Однако греческая конструкция ἀπεκρίθη... καὶ εἶπεν (букв., «ответил… и сказал») с незначительными вариациями встречается в Новом Завете множество раз как стандартная синтаксическая форма, образующая диалог. Кроме того, Иоанн конкретно пишет, что Фома сказал эти слова «Ему» (греч. αὐτῷ), т. е. Христу.
По словам Иисуса Христа, Утешитель (Дух Святой) будет выступать в роли посредника между Ним и учениками: «...будет говорить, что услышит… от Моего возьмет и возвестит вам». Для того, чтобы услышать слова Христа и пересказать их ученикам, как и для того, чтобы взять что-то у Христа и возвестить ученикам, Дух Святой должен быть способен на самостоятельные действия, т. е. быть Личностью.
В русском Переводе нового мира (издание 2007 года) текст этого стиха звучит следующим образом: «Те, кого дал мне мой Отец, превыше всего остального, и никто не может похитить их из рук Отца».
Этот вариант несколько расходится с англоязычным Переводом нового мира (издание 2014 года), где рассматриваемый стих звучит так: «What my Father has given me is something greater than all other things, and no one can snatch them out of the hand of the Father» (букв. «То, что дал мне мой Отец, есть нечто большее по сравнению со всем остальным, и никто не может похитить их из руки Отца»). Однако в целом и англоязычный, и русскоязычный ПНМ толкуют этот стих одинаково, относя оборот «больше всех» не к Самому Богу, а к тем, кого Бог дал Сыну.
Возникает вопрос, можно ли считать такое прочтение намеренным искажением библейского текста.
Дословно в греческом оригинале первая часть этого стиха выглядит следующим образом:
ὁ | πατήρ | μου | ὃ | δέδωκέν | μοι | ὃς | опр. | отец | мой | что | дал | мне артикль | | который | πάντων | μεῖζόν | ἐστιν | μείζων | всего | большее | есть всех | больший |
Как следует из приведенного подстрочного перевода, различие между Синодальным переводом и Переводом нового мира обусловлено разночтениями в греческом оригинале. Если в греческом тексте используются местоимение среднего рода ὃ и прилагательное среднего рода μεῖζόν, то речь идет о том, что люди, данные Сыну Отцом, больше всех. Если же в тексте используются местоимение мужского рода ὃς и прилагательное мужского рода μείζων, то речь идет о том, что Бог Отец больше всех.
К сожалению, текстология этого стиха крайне запутана. Брюс Метцгер в своем «Текстологическом комментарии» характеризует этот стих как «клубок разночтений, который представляет все возможные сочетания относительного местоимения мужского или среднего рода и сравнительного прилагательного мужского или среднего рода».
По поводу добавления в текст слова «остальное», отсутствующего в оригинале, см. комментарий к отрывку Колоссянам 1:16-20.
В этом отрывке говорится, что Иисус Христос, называя Бога Своим Отцом, тем самым «делал Себя равным Богу». В умах иудеев, слышавших слова Иисуса, не возникало не малейшего сомнения, что претензия на исключительные родственные отношения с Богом означает претензию на равенство с Богом.
Свидетели Иеговы нередко возражают на это, что иудеи сплошь и рядом неправильно понимали слова Христа, и что в данном случае они также ошиблись, обвинив Его в богохульстве, хотя на самом деле Он вовсе не считал Себя равным Богу.
Следует заметить, что, исходя из самого текста, Иоанн Богослов нисколько не дистанцируется от вывода, к которому приходят иудеи, и ни словом не указывает на ошибочность их умозаключений. Напротив, этот вывод в тексте выглядит не мнением иудеев, а фактом, с которым сам евангелист согласен.
В самых древних и надежных рукописях Нового Завета, а также в Вульгате текст стиха 4 полностью отсутствует. Судя по всему, он был добавлен впоследствии для пояснения оборота «...ожидающих движения воды» в стихе 3. Однако и сам этот оборот отсутствует в древнейших рукописях Нового Завета и, к тому же, содержит два греческих слова, которые нигде больше у Иоанна Богослова не встречаются.
Более подробно см. Metzger, Bruce. A Textual Commentary on the Greek New Testament (Hendrickson Publishers, 2006).
В этом отрывке Господь Иисус Христос обещает, что Сам воскресит Свое тело («разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его»). О том, что под «храмом» Господь имел в виду именно Свое физическое тело, ясно говорится в стихе 21 («Он говорил о храме тела Своего»). Кроме того, Иоанн пишет, что ученики вспомнили эти слова Христа, когда «воскрес Он из мертвых».
Вопреки этому Свидетели Иеговы иногда утверждают, что под «телом» Господь имел в виду не Свое физическое тело, а Тело Христово, т. е. Церковь. Помимо того, что подобное толкование исключается непосредственным контекстом, следует отметить, что между смертью Христа на Пасху и созданием новозаветной Церкви на Пятидесятницу прошло не 3 дня, а 50.
Богословская значимость этого отрывка обусловлена тем, что в нем Христос обещает воскресить из мертвых Сам Себя, а воскрешение мертвых, без сомнения, является божественным деянием, на которое тварные существа не способны.
Более подробный анализ этого отрывка можно найти в статье Роберта Боумэна «Храм тела Христова (еще раз об Иоанна 2:19-22 и Воскресении)».
В брошюре «Следует ли верить в Троицу?» (с. 16) Свидетели Иеговы цитируют этот стих так: «Будучи Сыном Бога, Иисус не мог быть самим Богом, потому что в Иоанна 1:18 сказано: „Бога не видел никто никогда“».
В данном случае интересно не столько то, что Свидетели Иеговы сказали, сколько то, о чем они умолчали. Цитируя библейский текст, они оборвали цитату на полуслове. В данном случае это важно потому, что полностью процитированный текст Иоанна 1:18 в Переводе нового мира прямо противоречит той мысли, которую Свидетели Иеговы хотят с его помощью доказать:
Бога никто из людей никогда не видел, но единородный бог, который у груди Отца, рассказал нам о нём.
Таким образом, Свидетели Иеговы обрывают цитату ровно на том месте, где этот библейский текст становится доказательством божественности Иисуса Христа.
Комментируя этот стих, Кеннет Хейгин пишет
Праведники, как пишет Павел в Рим. 5:17, будут царствовать не над жизнью, как следует из толкования Хейгина, а в жизни».
Проповедники Веры исходят из предположения, что под «жизнью» в Рим. 5:17 имеется в виду земная жизнь. Однако использованный здесь глагол βασιλεύσουσιν стоит в будущем времени («будут царствовать» — см. также 2 Тим. 2:12), и речь, скорее всего, идет не о земной, а о вечной жизни. Тем же, кто претендует на царские почести и привилегии в земной жизни, апостол Павел с сарказмом отвечает:
Вопреки утверждениям Хейгина, в греховном мире христиане не цари, а «странники» и «пришельцы» (1 Пет. 1:1; 2:11; Евр. 11:13) — это неизбежное следствие того, что мы перестали быть «чужими» и «пришельцами» для небесного царства и сделались «согражданами святым» и «своими Богу» (Еф. 2:19). Наше «жительство» — на небесах (Фил. 3:20). Именно поэтому нам не следует любить ни мира, ни того, что в мире (1 Ин. 2:15), а поскольку время, отпущенное этому греховному миру, уже подходит к концу, апостол Павел пишет:
Даже поверхностное знакомство с жизнью новозаветных святых (того же апостола Павла) показывает, что они вовсе не «господствовали» над своими жизненными обстоятельствами. Их жизнь была полна лишений и опасностей (2 Кор. 11:24-27) — настолько, что время от времени они были «в немощи, и трепете, и великом страхе» (1 Кор. 2:3).
Живя в этом мире, мы находимся во враждебной среде — мир ненавидит нас по определению, просто потому, что Господь избрал нас от мира (Ин. 15:19). И Господь обещал, что в этом мире христиане будут иметь скорбь (Ин. 16:33). Именно поэтому мы не пытаемся устроиться здесь поуютнее, а «воздыхаем, желая облечься в небесное наше жилище» (2 Кор. 5:2).
Благая весть заключается вовсе не в том, что мы «господствуем над обстоятельствами», а в том, что у нас есть Господь, Который силен обеспечить нас насущным хлебом и сохранить для небесного царства.