Будет земля в конце времен уничтожена или обновлена? Для меня это действительно важный вопрос. Я очень хотел бы побывать в Новой Зеландии и надеюсь, что она будет существовать и после конца всего сущего. Так что же? Новая Зеландия будет обновлена или вместе с остальным миром будет уничтожена и, возможно, заменена чем-то другим? Попросту говоря, стоит ли ехать в Новую Зеландию, пока я еще жив? Углубившись в этот вопрос, я обнаружил, что в связи с ним идет весьма оживленная богословская дискуссия.

Во 2 Петра 3:9–12 сказано: «Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут (παρελεύσονται), стихии (στοιχεῖα) же, разгоревшись, разрушатся (λυθήσεται), земля и все дела на ней сгорят (εὑρεθήσεται). Если так все это разрушится (λυομένων), то какими должно быть в святой жизни и благочестии вам, ожидающим и желающим пришествия дня Божия, в который воспламененные небеса разрушатся (λυθήσονται) и разгоревшиеся стихии растают (τήκεται)?» (Синод. пер. с учетом греч. текста и вариантов перевода).

Словарь BDAG в третьем пункте определения слова παρέρχομαι поясняет его смысл так: «Прийти к концу и потому более не существовать, пройти, исчезнуть». В большинстве переводов используются варианты «прейдут» и «исчезнут». Это же глагол мы находим в словах Иисуса: «Небо и земля прейдут (παρελεύσονται), но слова Мои не прейдут» (Мк. 13:31; см. также Ис. 34:4 и Откр. 6:12–14).

Перевод NIV предпочитает чтение εὑρεθήσεται («быть найденным»), которое истолковывает как «открыто, обнаружено, выставлено напоказ» («laid bare»). NLT перефразирует это слово так: «все на ней будет найдено достойным суда».

И есть еще одно интересное чтение — εὑρεθήσεται λυόμενα («окажется растворенной»). λύω — настолько общеупотребительное слово, что с уверенностью говорить о его значении в данном конкретном тексте нельзя. Возможны разные варианты: «растаять, разрушиться, раствориться, исчезнуть». BDAG соотносит этот стих к третьим словарным определением: «насильственно раскладывать что-л. на составные части, разрушать». А четвертое определение BDAG звучит так: «упразднить, разрушить, положить конец, отменить».

Трудность толкования отчасти связана с пониманием того, что такое «стихии» (στοιχεῖα) и «все дела на ней» (τὰ ἐν αὐτῇ ἔργα). Павел (я помню, что мы рассматриваем текст Петра) обычно понимает под «стихиями» враждебные духовные силы (ср. Кол. 2:8, 20). «Все дела на ней» — это злые дела (τὰ ἐν αὐτῇ ἔργα) человечества. Мысль такова, что на суде все злые дела, совершенные на земле, будут обличены и уничтожены, в результате чего земля очистится.

Еще одно затруднение связано с толкованием слова «небеса». По словам Петра, небеса исчезнут и будут уничтожены огнем, но тогда речь не может идти о небесах, на которых живут Бог и ангелы. Иисус говорит ученикам: «И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я» (Ин. 14:3). Эти небеса не могут быть уничтожены, да в обновлении и не нуждаются. Вероятно, под «небесами» здесь следует понимать небесные тела — солнце, луну и звезды — или бесовские силы, которые часто ассоциировались со звездами.

Обратите внимание: небеса исчезнут и будут уничтожены, а стихии растают и будут разрушены огнем, но нигде не сказано, что сама земля будет уничтожена. В центре сюжета — окончательное уничтожение зла. Петр подытоживает: «Мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда» (2 Пет. 3:13). Это согласуется со словами Павла в Рим. 8:21: «Сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих». Это похоже на обновление земли через устранение всего зла.

Бог создал этот мир весьма хорошим (Быт. 1:31). И хотя мир был порабощен тлению из-за человеческого греха, нет оснований считать, что земля как таковая перестала быть весьма хорошей. Для ее уничтожения нет богословских причин. Но есть богословская необходимость суда и уничтожения всего зла, чтобы мы снова могли жить на восстановленной земле вечно.

Дэвидс резюмирует: «Действительно, это картина срывания всех завес, скрывающих землю от взоров Бога. Когда небо и небесные тела прейдут, „земля и все на ней обнажится“. В этом и заключается цель: обнажить все, что раньше происходило и сейчас происходит на земле, чтобы все дела, о которых люди думали, что они сойдут им с рук, или что Бог их не видит, внезапно предстали перед Его неотступным взором».

Баукхэм приходит к такому выводу: «Когда гневный глас Божий прогремит с неба, и огонь Его суда воспламенит небосвод, небесная твердь и небесные тела будут уничтожены, а земля, место человеческого беззакония, откроется Его гневу. Тогда нечестивым будет невозможно скрыться от Божьего испытующего взора. Они сами и их злые дела будут Им обнаружены и осуждены».

Конечно, вне зависимости от того, будет Земля уничтожена или обновлена через удаление всего зла, смысл отрывка заключается в том, что Бог обличит зло в этом мире — особенно то зло, о котором мы думаем, что его никто не знает, — и приговорит его к уничтожению, чтобы земля вернулась к своему первоначальному, нетронутому состоянию.